В этом году российские ученые предприняли первый поход к Ледоразделу «B» в Центральной Антарктиде, где в перспективе рассчитывают получить образцы льда возрастом существенно больше миллиона лет. В интервью агентству «Интерфакс» заместитель директора Арктического и Антарктического научно-исследовательского института - начальник Российской антарктической экспедиции Александр Клепиков рассказал о перспективах проекта изучения древнего льда, неизученных участках южного континента, влиянии человека и потепления на животный и растительный мир и исследованиях на самой изолированной станции Восток.
![«Влияние человека на Антарктиду невелико, но комары появились»](/storage/news/2020/10/23/bbe50d643aa85f79879c75dd2a1794d3.jpg)
- Александр Вячеславович, расскажите, чем занимались ученые 64-й зимовочной и 65-й сезонной экспедиций? Над какими наиболее интересными проектами работали?
- В зимовку у нас проводятся стандартные наблюдения по метеорологии, исследования магнитосферы и ионосферы, их ценность в том, что они ведутся непрерывно, для исследования климата и влияния солнечного ветра на нашу атмосферу — это очень важная информация. Ее собирают круглый год.
Что было интересного в прошедшую зимовку? В связи с проектом создания обитаемой базы на Луне московский Институт медико-биологических проблем РАН (ИМБП РАН) вернулся к программе исследования адаптационных возможностей человека в узком коллективе в течение длительного срока. Исследования проходили на станции Восток, которая подходит для этого идеально, потому что люди там изолированы в течение 9-10 месяцев, коллектив составляет 12-13 человек.
Во время 64-й зимовочной экспедиции сотрудник ИМБП РАН выполнял на станции обязанности врача-анестезиолога и одновременно проводил исследования, связанные с адаптацией: отслеживал физическое, психическое состояние коллектива и другие показатели. Эти исследования институт собирается продолжать и в будущем сезоне, в эту зимовку их специалист вновь поедет на Восток.
- В прошедшую экспедицию российские ученые дошли до Ледораздела «B», который был для исследователей «белым пятном». Какие данные уже удалось получить?
- Поход со станции Восток на Ледораздел «B» был совершен в рамках сезонной экспедиции. Дело в том, что во время последних бурений для проникновения в подледниковое озеро Восток, выяснилось, что в скважине находится прослойка древнего льда. Он интересен тем, что содержит информацию о климате, который был примерно 1-1,5 миллиона лет назад. Мы знаем, что ледник в районе станции Восток течет с Ледораздела «B», значит, самая толстая прослойка ненарушенного древнего льда находится именно там.
Наиболее точную информацию о климате прошлого дают ледяные керны Гренландии и Антарктиды. Чем больше мы будем знать об этом, тем больше сможем предсказать о климате будущего. Сейчас у нас есть ледяные керны возрастом 800 тысяч лет, может быть, до миллиона лет. Это то, что было получено при бурении на разных станциях.
В конце января на Ледораздел «B» был впервые совершен научный поход, дорога заняла двое суток в одну сторону и столько же в другую. Там ученые провели сутки, пробурили скважину глубиной 20 метров в снежно-фирновом слое, сделали шурф, взяли образцы. Предварительные результаты показали, что на этом участке снегонакопление на 10% больше, чем на станции Восток, где в год накапливается 6-7 сантиметров снега. Чтобы добраться до древнего льда, нужно бурить несколько километров, это серьезная задача отдаленного будущего.
Проект исследований Ледораздела «B» внесён в программу следующих 15 лет. Но сначала нужно построить новый зимовочный комплекс на станции Восток (планируется к 2024 году - ИФ), там начать бурение новой скважины, чтобы проникнуть в озеро Восток, а уже параллельно с этими работами можно что-то делать и на Ледоразделе «B». И для бурения на Ледоразделе, и для работ на озере Восток нужна новая буровая установка. Ее может сделать Горный институт, но для этого нужно финансирование.
- Сколько еще в Антарктиде таких неизученных участков, интересующих исследователей?
- В Антарктиде есть много мест, куда никто никогда не доходил, но там просто толстый-толстый слой льда. Бурить, конечно, можно в любом месте и какую-то информацию получишь. Существует американский проект быстрого бурения льда в Антарктиде в разных точках, чтобы отбирать пробы из коренного подлёдного рельефа. Есть пара-тройка мест, где вершины гор выходят на поверхность, и они не покрыты льдом. Они называются нунатаки. Такое место есть примерно в тысяче километров к северу от Оазиса Бангера, где находится наша сезонная база, еще есть нунатаки к северу от станции Прогресс в районе гор Принс-Чарльз, их посещали, может быть, один раз за всю историю исследований, а обнаружили с помощью самолета. Нормальных исследований этих участков не было, и это задача в первую очередь для геологов. Я знаю, что планы посещения таких мест у наших геологов есть.
- Антарктиду ежегодно посещает немало туристов, это влияет на материк?
- Туристы посещают Антарктиду в районе станции Новолазаревская, туда прилетают из Кейптауна; прилетают или приходят на туристических судах также из Австралии и Новой Зеландии в ближайшие к ним районы Антарктики, но больше всего туристов на острове Кинг-Джордж и соседних островах, куда прилетают самолеты из Чили и приходит много туристских судов из Чили и Аргентины. Пару лет назад Антарктиду за сезон посетили 80 тысяч туристов, из них около 50 тысяч как раз со стороны Южной Америки.
80 тысяч туристов – это, конечно, много, но, если говорить об их влиянии на Антарктиду, то самое сильное – это то, что они вытаптывают тропинки с растительностью. Гиды следят, чтобы не было контактов с животными – к ним нельзя подходить ближе, чем на 15 метров. Все это соблюдается. Естественно, никто не выбрасывает мусор, сходя с трапа самолета, моют обувь. Сильного антропогенного эффекта от туристов нет.
Прошлый туристической сезон завершился до введения карантинных мер из-за пандемии, а вот в этом сезоне туристов явно не будет, потому что в Южной Америке серьезная ситуация с коронавирусом. Но вряд ли их отсутствие в течение одного сезона сильно скажется на флоре и фауне.
- Фиксируют ли ученые изменения флоры в Антарктиде?
- Из флоры в Антарктиде в основном – мхи и лишайники, они всегда развиваются очень медленно. Самые сильные изменения происходят в районе антарктического полуострова. Несмотря на то, что в последние десять лет тренд на потепление сменился небольшим похолоданием, если брать 50 лет, то мы видим явное потепление, причем градуса на 2. В результате здесь начали развиваться сосудистые растения – трава. Она была в этих местах и раньше, но сейчас она захватывает все большие ареалы. В Антарктике, в северной части Антарктического полуострова и на островах два вида травы - Colobanthus quitensis и Deschampsia antarctica.
- Можно ли говорить об изменениях животного мира в Антарктиде?
- На острове Кинг-Джордж, где находятся семь станций разных государств, в том числе российская станция Беллинсгаузен, некоторое время назад появились комары. Это произошло в связи с человеческим фактором – там много туристов, к тому же там идеальные условия для комаров – ручьи, речки, летом плюс 3, зимой – минус 5, климат мягкий.
По инициативе Совета управляющих национальных антарктических программ (КОМНАП) было начато исследование и разработаны специальные ловушки для комаров, чтобы изучить проблему и дать рекомендации, как с ними бороться. Принято решение, что исследования будут проводиться на всех станциях.
На российской станции Беллинсгаузен комарами оказалось заражено одно из строений. Там проводится санитарная обработка всех помещений и щелей, мест, где могут гнездоваться комары. У нас этим вопросом занимался специалист из Зоологического института.
Такой проблемы раньше в Антарктиде не было. Для ученых это необычная научно-прикладная работа, проект по изучению этой ситуации стартовал только в этом сезоне, проблема еще решается.
- На полярной станции в Апатитах ученым удалось вырастить в теплицах арбузы и дыни. Возможно ли такое на станциях в Антарктиде?
- В Антарктиду нельзя завозить землю ни в каком виде, чтобы случайно не внести инвазивные виды. Поэтому выращивать в почве что-либо просто запрещено. Единственное, что можно делать, - это выращивать на гидропонике. В прошлом году на станции Восток как раз проводился эксперимент с выращиваем зелени – петрушки, кинзы, сельдерея - в фитотехническом комплексе, созданном Агрофизическим научно-исследовательским институтом. Это актуально для станции Восток, которая страдает без зелени, потому что 10 месяцев в году недостижима. Такой двухъярусный фитокомплекс, каждый ярус размером примерно 2 квадратных метра, установили в комнате: теперь и наблюдения для науки ведут, и получают добавку к столу – помидоры, сладкие перцы, укроп, петрушку и другую зелень.
- Пандемия коронавируса вынудила весь мир вводить ограничения. Действует ли карантин на станциях в Антарктиде, российские исследователи общаются с зарубежными станциями?
- В марте все станции в Антарктиде самоизолировались. Например, на острове Кинг-Джордж, где много станций, которые находятся рядом, карантин действует до сих пор. До карантина там всегда было тесное общение, сейчас контакты полностью прекращены, потому что туда летают самолеты чилийских военно-воздушных сил, уругвайские самолеты, и есть возможность занести коронавирус с континента. Сейчас все общаются только по радио.
У нас есть станция Прогресс, где соседи – китайцы и индусы, а также станция Новолазаревская, которая соседствует с индийской станцией. Проконсультировавшись с нашей медицинской группой, мы договорились, что после изоляции длиной в несколько месяцев вируса там уже быть не может, поэтому контакты допускаются. Условия: посещающие должны быть здоровы, измерять температуру до и после посещения. Что касается остальных станций, то Восток отрезана от всех, а Мирный тоже достаточно изолирована. Так что, в плане коронавируса у нас все здоровы, серьезных заболеваний ни у кого нет.